Утром 22 августа 1942 г. фашистские каратели сожгли д.Морозовка Сенненского района

Одной из форм реализации нацистской политики геноцида населения Белоруссии в годы Великой Отечественной войны стала организация и проведение карательных операций против партизан и мирного населения. Всего за годы оккупации на временно захваченной территории БССР нацистами было совершено более 140 крупных карательных акций. Часть из них фашисты совершили на территории Сенненского района. 

В годы немецко-фашистской оккупации с карты Сенненского района навсегда исчезли девять населенных пунктов, среди которых — небольшая деревенька с красивым названием Морозовка, которая находилась за 2 км на юг от д. Липно Коковчинского сельсовета. Жили люди в Морозовке дружно и счастливо: пахали землю, косили сено, выращивали хлеб, справляли свадьбы, мечтали о будущем, которое для них не наступило. Кровавым заревом пламени вошел в историю Сенненщины август 1942 года. В книге «Збор помнікаў гісторыі і культуры Беларусі: Віцебская вобласць» (1985 г.) содержится информация: «Утром 22 августа 1942 г. фашистские каратели ворвались в деревню, согнали жителей в сарай и подожгли. Фашисты разграбили и сожгли все 12 дворов».

К лету 1942 г. партизанские формирования Белоруссии представляли собой грозную и организованную силу. В связи с этим военное командование Германии особое внимание обращало на положение в армейских тыловых районах, в том числе – на оккупированных территориях Минской и Витебской областей БССР. В этом регионе партизаны регулярно наносили удары по ключевым коммуникациям, что грозило противнику срывом его планов. Партизаны Сенненско-Оршанской партизанской зоны громили гарнизоны врага, уничтожали живую силу и боевую технику противника.

Морозовка стояла у самого края леса, вдали от основных дорог, и была опорным пунктом партизан. Жители шли на все лишения, чтобы обеспечить народных мстителей самым необходимым: выпекали хлеб, чинили одежду, стирали белье, собирали оружие и боеприпасы. Каждый раз, встречая решительный отпор от народных мстителей, каратели вымещали свою злобу на самых беззащитных, оставшихся в тылу. Методично, хладнокровно и безжалостно они уничтожали деревни, а их жителей угоняли в рабство либо казнили на месте.

Гитлеровцы не могли мириться с тем, что в их глубоком тылу действуют крупные партизанские силы. Был издан приказ о проведении карательной операции под кодовым названием «Greif» (в переводе с немецкого «захват, поймать») с 17 по 29 августа 1942 года на территории бывшего Богушевского и Оршанского районов. В приказе командующий тыловым районом группы армий «Центр» генерал фон Шенкендорф обозначил цель карательной операции следующим образом: «…умиротворить и очистить пространства по обе стороны дороги Орша — Витебск до дивизионной разграничительной линии». Из энциклопедии «Беларусь у Вялікай Айчыннай вайне» (1990 г.): «Операция «Greif» являлась частью плана оккупантов по «очистке и утихомириванию» большого лесисто-болотистого района, который примыкал к шоссейным и железнодорожным коммуникациям в треугольнике Витебск-Орша-Смоленск. Проводилась силами 13-го, 14- го полицейских, 638-го французского, 257-го пехотного полков, артиллерийских и жандармских подразделений, спецбатальона «доктора Кноблика с ударной моторизованной частью», группы полиции безопасности и СД, роты саперов и связи. Руководил операцией командир 286-й охранной дивизии генерал-майор Рихерт». В ходе операции фашисты уничтожили 900 пожилых женщин и детей, 910 человек вывезли в немецкое рабство, забрали у населения более 1700 голов скота, сожгли несколько деревень. Морозовка нападению подверглась 22 августа. 

Свидетели той страшной трагедии – Филипп Дмитриевич и Мавра Фёдоровна Межнины, Агриппина Ермолаевна Брезгунова, чудом оставшаяся в живых с двухмесячным сыном. В районном музее хранятся ее воспоминания: «Хорошо жилось нам в деревне, но пришли фашисты и начали наводить свой порядок: искали оружие, допрашивали о партизанах. 22 августа 1942 года собрали всех жителей на собрание, а потом заперли в пуне и подожгли…». У Мавры Фёдоровны в Морозовке были сожжены родители. Со слезами на глазах она вспоминала: «Помню очень хорошо — беда случилась в воскресенье. Был обычный день. Мы были дома, в Завожанье, пилили дрова. Вскоре со стороны Морозовки раздались выстрелы, ужасные крики, в чистое небо поднялись столбы черного дыма. Жители Завожанья, Липно, Ходасово понимали, что в соседней деревне случилось что-то страшное. Наутро, как все утихло, всей деревней собрались и пошли к месту трагедии…». Факты свидетельствуют, что комбриг К.С. Заслонов с боевыми товарищами также был на месте трагедии. В книге В. Богомазова «Константин Заслонов» содержатся сведения: «…25 августа перешли дорогу Орша-Витебск и направились к морозовскому бору. Около самого леса стояла деревня, куда не однажды заходили партизаны. Заслонов хотел дать людям отдых. Но это сделать не удалось – деревню уже сожгли каратели. Страшная картина предстала перед глазами заслоновцев – пожарища домов еще дымились…». Происходившее в ходе этой акции было лишь одним из множества подобных «мероприятий» оккупационных властей на территории БССР, которые являются частью общего процесса геноцида белорусского народа в годы Великой Отечественной войны.

Память о трагедии деревни Морозовка воплощена в мемориальном комплексе «Хатынь». Чувство скорби о погибших жителях – в гранитном памятнике с надписью «Памяти 28 жителям д. Морозовка, сожженным фашистами 22 августа 1942 года». То, что они вынесли из смертельного ада, должно стать духовным опытом, который мы, рожденные в то время, когда успели зарасти партизанские тропы, солдатские траншеи, не в праве забывать. Потому что все пережитое – великая жертва, принесенная на алтарь Победы, и подвиг, всю глубину которого мы никогда не сможем постичь.

Бронислава ЖЕЛТОБРЮХОВА, главный хранитель фондов Сенненского историко-краеведческого музея.